Browsing Category литература

Непереводимые слова

Я
много читаю. Помимо художественной литературы и нонфикшен я часто разбираю тексты песен на английском, французском и испанском (lyrics), потому что не всегда на слух улавливаю смысл. Слова, как мне кажется, в любом случае обедняю смысл, однако у одних талант использовать их искусно, в то время как другие (то есть я) пытаются развить способность лаконично складывать эти слова в предложения.

 

Про португальское слово saudade я узнала из одноимённой песни прекрасной Сезарии Эвора. Я изучаю иностранные языки, отсюда и моя любовь к словам, которые так просто не переведёшь. Большинство «непереводимых» слов в романских и германских языках выражают не предметы — потому что с ними всё понятно, а состояния души, настроение и эмоции — потому что с ними всё не так однозначно.

 

Есть что-то патриотическое в том, что мы не можем перевести некоторые русские понятия. Чувствуешь себя носителем особенной русской культуры и великого могучего, который никто больше в мире не понимает. Интересно, что в некоторых европейских языках, например, в немецком, таких труднопереводимых и уникальных слов особенно много. Наряду с португальским saudade, немецкие понятия Fernweh, Zeitgeist и Waldeinsamkeit, а также испанское слово duende не имеют прямых аналогов в русском и английском.

Saudade

Saudade — одна из ключевых тем в португалоязычной литературе и музыке. Упрощённый перевод — меланхолия или ностальгия по чему-то, чего, возможно, никогда и не было. На этом толкование saudade не заканчивается. Обри Белл в своей книге «В Португалии» даёт такое определение saudade: “a vague and constant desire for something that does not and probably cannot exist, for something other than the present” — смутное и навязчивое стремление к чему-то, чего не существует и, возможно, не может существовать; стремление к чему-то кроме настоящего момента. Далее Белл пишет, что saudade is “not an active discontent or poignant sadness but an indolent dreaming wistfulness.” Saudade — это не активное недовольство или глубокая печаль, а скорее вялая, долгоиграющая тоска.

 

Именно слово тоска чаще всего встречается в списке русский слов, эквиваленты которых не существуют в других языках. На мой взгляд, толкование тоски Набоковым перекликается с объяснением saudade Обри Белла. Набоков пишет:

“No single word in English renders all the shades of toska. At its deepest and most painful, it is a sensation of great spiritual anguish, often without any specific cause. At less morbid levels it is a dull ache of the soul, a longing with nothing to long for, a sick pining, a vague restlessness, mental throes, yearning. In particular cases it may be the desire for somebody of something specific, nostalgia, love-sickness. At the lowest level it grades into ennui, boredom.”

На Кворе даже есть ветка с вопросом о том, как передать все оттенки значений тоски на английском.

Fernweh

Немецкое слово Fernweh переводится как страсть к путешествиям и острое желание вырваться куда-нибудь. Мне близко состояние Fernweh, потому что у меня нет острой культурной и исторической привязанности к определённой стране или нации. Это здорово открывает глаза на то, что «дом» не всегда ассоциируется с отметкой в свидетельстве о рождении.

I gang my own gait and have never belonged to my country, my home, my friends, or even my immediate family, with my whole heart; in the face of all these ties I have never lost an obstinate sense of detachment, of the need for solitude—a feeling which increases with the years.Albert Einstein, the World as I See It

Zeitgeist

Прямой перевод Zeitgeist — дух времени. Zeitgeist широко используется в английском для обозначения чувства, присущего определенной эпохе или десятилетию: ревущие двадцатые, Вудсток и движение хиппи, Джек Керуак и поколение битников. У каждого свой Zeitgeist — для кого-то это восьмидесятые, прожитые в Калифорнии, или особенный дух конца девяностых и начала нулевых в России, когда делал уроки под Европу Плюс и МТВ.

Waldeinsamkeit

На немецком Wald — лес, а einsamkeit — одиночество или уединения. Waldeinsamkeit — одно из самых близких для меня слов: «чувство, которое испытываешь, находясь один в лесу». Удивителен сам факт, что в культуре существует особое понятие для обозначения единения с природой. Красота этого слова ещё и в том, что независимо от того, говорите ли вы на немецком или нет, хотя бы раз что-то похожее на Waldeinsamkeit испытывал каждый. Карл Саган в своей книге «Космос» пишет, что человечество как вид имеет особую связь с деревьями, потому что первые хомо сапиенс буквально выросли в лесу:

Human beings grew up in forests; we have a natural affinity for them. How lovely a tree is, straining toward the sky. Its leaves harvest sunlight to photosynthesize, so trees compete by shadowing their neighbors. If you look closely you can often see two trees pushing and shoving with languid grace. Trees are great and beautiful machines, powered by sunlight, taking in water from the ground and carbon dioxide from the air, converting these materials into food for their use and ours.Carl Sagan, Cosmos

Duende

Одно из самых необъяснимых, на мой взгляд, явлений — это влияние произведений искусства на человека. Поэма, роман, мелодия, фильм или картина часто оставляют глубокий след и вызывают такую смесь эмоций, что выразить это словами непросто. В культуре фламенко широко используется испанское понятие duende — чувство, которое нельзя выразить словами. Другое значение duende — мифологическое существо, что-то вроде мирного полтергейста или духа.

 

Поделиться
Отправить

Рей Брэдбери читает стихотворение “If Only We Could Taller Been”

В
 2012 году, спустя несколько дней после смерти Рея Брэдбери, NASA опубликовало архивное видео с участием писателя. В записи 12 ноября 1971 года, симпозиум в Калифорнийском институте технологий по случаю успеха Mariner 9 — космического корабля, ставшего первым искусственным спутником другой планеты. Рей Брэдбери читает своё пронзительное стихотворение “If Only We Could Taller Been”. На сцене с Брэдбери писатель-фантаст Артур Кларк, учёные Карл Саган и Брюс Мюррей, а также журналист Волтер Салливан.

Ода исследованию космоса, человеческому любопытству и желанию увидеть другие миры, нашему чувству незначительности и стремлению дотянуться, потрогать небеса. Само стихотворение, тот факт, что его читает Бредбери, а также присутствие Карла Сагана и Артура Кларка — всё это заставляет возвращаться к видео и пересматривать его. Спасибо НАСА.

‘If Only We Had Taller Been’

The fence we walked between the years
Did balance us serene
It was a place half in the sky where
In the green of leaf and promising of peach
We’d reach our hands to touch and almost touch the sky
If we could reach and touch, we said,
‘Twould teach us, not to, never to, be dead

We ached and almost touched that stuff;
Our reach was never quite enough.
If only we had taller been
And touched God’s cuff, His hem,
We would not have to go with them
Who’ve gone before,
Who, short as us, stood as they could stand
And hoped by stretching tall that they might keep their land
Their home, their hearth, their flesh and soul.
But they, like us, were standing in a hole

O, Thomas, will a Race one day stand really tall
Across the Void, across the Universe and all?
And, measured out with rocket fire,
At last put Adam’s finger forth
As on the Sistine Ceiling,
And God’s hand come down the other way
To measure man and find him Good
And Gift him with Forever’s Day?
I work for that

Short man, Large dream
I send my rockets forth between my ears
Hoping an inch of Good is worth a pound of years
Aching to hear a voice cry back along the universal mall:
We’ve reached Alpha Centauri!
We’re tall, O God, we’re tall!
Ray Bradbury

Источник: genius.com

Поделиться
Отправить